KILINSON

Каждый человек свободен в своем выборе. Этим же выбором он и обременен, ведь за решением всегда следует лишение. Иногда дилемма непроста и тогда любой вариант оказывается правильным. В таком случае говорят «разрубить гордиев узел», подразумевая не распутывать его, бесконечно взвешивая лучшее, полезное, благое и тп, а разрубить, уничтожив проблему выбора в корне. Наверное это не идеальный выход.

Самыми сложными оказываются противоречия нравственные. «Я всегда убеждался, что их лучше решать по указаниям совести, а не на основе требований просвещенного разума», делился Жан Жак Руссо, поясняя, что «рассудок слишком часто обманывает нас; мы приобрели полное право отказывать ему в согласии; но совесть не обманывает никогда». Более того, «разум является необходимым средством и орудием во всех преступлениях» – с этим, пусть и однобоким высказыванием Цицерона, трудно не согласиться. В отличие от навязчивых сомнительных мыслей – «совесть – лучший контроллер» – напоминали в Советском союзе при оплате проезда в общественном транспорте, в котором, действительно, не было работников-контроллеров.

Почему же совесть в этических вопросах предпочтительней ума? Ум не всегда свободен от чувств. Иногда мышление теряет господство над поступками и тогда человек руководствуется не практическим разумом, а впечатлением момента, фокусируясь на эмоциональном переживании ситуации – обиде, страхе, ревности, зависти, жадности, тем, что его прельщает и тп. Как правило, разум не в состоянии совладать ни с бессознательными мотивами, ни с предрассудками и оказывается в положении: «утром планы составляю, а вечером глупость совершаю».

Совесть же пребывает над временем и над текущими обстоятельствами. С высоты нравственного задела человека, с высоты всей его культурно-этической сущности, развертывающейся в течении жизни, она наблюдает за происходящим. Абстрагируясь от индивидуальных слабостей (страстей), она транслирует свое непредвзятое знание. Со-весть, вообще, как совместная весть или совместное знание/сознание, не ориентирована на интерес исключительно отдельной личности. Она основывается на всеобщей потребности, ориентирующей человека на сосуществование с другими. Эта потребность есть согласие духа всего живого, поэтому её и относят к Божественной инстанции.

Действия совести – питательная среда человека – его собственное вос-питание. Она освобождает нас от естественного себялюбия, гордыни, благодаря ей мы научаемся познавать себя, узнавать себя в поступках и нам становится проще понимать к чему склоняется наша воля, каким мог бы быть иной выбор. Совесть превыше обид, других разрушительных страстей. Она благоволит склоняет нас творить доброе, быть милосердными, поступать к другим так, как мы хотели бы, чтобы поступали с нами. По сути, совесть есть чистая любовь и руководство к жизни в любви. Но всегда ли мы можем понимать голос совести? Ведь земная жизнь несовершенна; она привязана к духу эпохи, и иногда крайне сложно во временном узреть вечное. Впрочем, было бы желание.